Барочный каменный фасад с балконом и гербом, построенный между 1627 и 1629 годами по заказу дона Диего де Миранды, маркиза де Вальдекарсана. Но элегантное лицо, обращённое к площади, — на самом деле позднейший грим: первоначальный фасад был куда строже.
Фасад, пристроенный для солидности
В XVIII веке мэр города Антонио Эредиа Веларде заказал архитектору Мануэлю Регере этот фасад в придворном духе, чтобы придать ансамблю солидности. Отсюда и двойное имя дворца.
Регера — тот же архитектор, что построил дворец Веларде, сегодня главное здание Музея изящных искусств. Его рука во многом определяет облик Овьедо восемнадцатого века.
Первоначальный, более строгий фасад выходил на узкую улицу Сан-Хуан и был зажат между двумя башнями, из которых уцелела лишь одна. Присмотритесь к этой уцелевшей башне: она помнит времена, когда такие дома были городскими крепостями, а их хозяева мерили свою власть зубцами стен.
Эта смена ориентации и языка — от средневекового дома-крепости к придворному дворцу — подытоживает путь испанского дворянства между XVI и XVIII веками: от воинов к придворным.
Почему в Овьедо так много гербов
Эти дворцы рассказывают историю Овьедо, который из деревни королей превратился в город маркизов, — с их соперничеством, браками по расчёту и всё более крупными гербами.
А гербов в старом городе очень много, больше обычного. Причина социологическая: на севере полуострова доля идальго (мелкого дворянства) была огромной, намного выше средней по Испании.
Похвастаться здесь чистотой крови могли гораздо больше семей, чем на юге: мусульман и евреев тут прежде не было, так что доказать её было проще простого. Когда титул есть у половины соседей, выделиться можно только одним способом — высечь герб на фасаде покрупнее.
У этого явления — всеобщего идальгства на кантабрийском побережье — были вполне реальные последствия: оно стало одной из причин массовой эмиграции астурийцев, кантабрийцев и басков в Америку и на имперскую службу, где их положение открывало двери.
Не пропустите
Построен между 1627 и 1629 годами
Для дона Диего де Миранды, маркиза де Вальдекарсана, из знатного астурийского рода.
Фасад пристроен в XVIII веке
Его заказал архитектору Мануэлю Регере мэр города Антонио Эредиа Веларде.
От первоначального фасада осталась башня
Она помнит времена, когда такие дома были городскими крепостями, а власть мерили зубцами стен.
Здесь идальго были повсюду
На севере их доля была огромной. Если титул есть у половины соседей, герб приходится высекать покрупнее.
Как вписать в маршрут по Овьедо
Дворец стоит в старом городе, рядом с собором и площадью Альфонсо II, в квартале дворянских дворцов.
Остановка займёт десять минут: здание используется по назначению, и осматривают его снаружи. Главное — прочитать фасад и отыскать уцелевшую башню.
Поблизости стоят дворец Торено, дворец Кампосаградо и дом Каса-де-ла-Руа: вместе они образуют ансамбль дворянской архитектуры старого города.
Частые вопросы
Почему в Овьедо столько высеченных гербов?
Потому что на севере полуострова доля идальго была очень высокой, намного выше средней по Испании: здесь хвастаться чистотой крови могло гораздо больше семей, чем на юге. Когда титул есть у половины соседей, единственный способ выделиться — высечь его на фасаде покрупнее.
